Сказки народов мира

Не в наше время, а давным-давно жил на свете человек. Звали его Шейдулла, и был он лентяй и бездельник.
Жена и дети его постоянно голодали, а уж о новых платьях и мечтать не смели.
Станет жена упрекать Шейдуллу, что он не хочет работать, а Шейдулла в ответ:
– Ничего, не горюй! Сейчас живем бедно скоро будем жить богато!
– Да как же мы будем жить богато? – спросила жена. – Ведь ты целые дни лежишь, палец о палец не ударишь!
А Шейдулла опять свое:
– Подожди, придет время – заживем и мы богато!
Ждала жена, ждали дети – не могли дождаться.
– Нечего ждать, – говорит жена, – совсем от голода умираем!
Решил тут Шейдулла идти к мудрецу за советом: как от бедности избавиться. Собрался и пошел.
Шел Шейдулла три дня и три ночи и встретил на дороге тощего волка.
– Куда идешь, добрый человек? – спросил его волк.
– Да вот иду к мудрецу просить совета, как стать богатым.
Услышал это волк и говорит Шейдулле:

Однажды шах, оставив вместо себя главного визиря, решил с другим визирем побродить по стране. Переоделись они дервишами, чтобы никто их не узнал.
Шли они день, другой и встретили на дороге какого-то человека. Поздоровались они с ним и пошли дальше. Заметил шах, что незнакомец тоже идет с ними, и предложил:
– Послушай, добрый человек, раз уж довелось нам идти вместе, давай сделаем на дороге лестницу.
Его спутник удивился:
– Что с тобой, дервиш? Зачем лестница на ровной дороге? Увидел шах, что мужчина не понял его слов, но повторять не стал. Наконец впереди показались городские ворота.
– Братец, возьми нас к себе в дом переночевать, – попросил шах. – Мы посланцы аллаха.
Но спутник их неприветливо ответил:
– Посланцы аллаха должны идти туда, – и он показал на мечеть.
Так и не пригласив их, он пошел домой. Была у того человека дочь. Рассказал ей о странной встрече в дороге.
А дочь и говорит:

Однажды некий купец поймал в лесу соловья и принес его домой. Заказал он прекрасную клетку из золота, украсил ее драгоценными камнями – одно загляденье. Посадил купец соловья в эту клетку. Нанял специального слугу, чтобы присматривал за птицей.
Сад купца благоухал от множества всевозможных цветов. Посреди сада был бассейн из белого мрамора с семью фонтанами. Купец приказал повесить клетку с соловьем в тени рядом с бассейном и каждый вечер приходил полюбоваться птицей.
А соловей все время пел печальные песни и грустил.
Купец нашел человека, понимающего язык птиц, и попросил его узнать причину грусти соловья.
– Господин купец, – говорит человек, знающий язык птиц, – соловей тоскует по родине, по родному гнезду, по свободе. Он поет: Лучше нищим быть в отчизне. Чем корона на чужбине.

Не умел голубь гнездо вить и пошел к дрозду поучиться. Дрозд в этом деле был большой мастер. Когда прилетел голубь, дрозд только что начал вить свое красивое гнездо.
Сначала голубь следил очень внимательно за работой дрозда, но когда основание гнезда было готово и начали понемногу подниматься края, голубю стало скучно. Он решил, что учиться ему уже нечему, и начал кричать:
– Умею! Умею! Умею!
Взмахнул крыльями и улетел. И даже спасибо не сказал.
На другой день голубь сам принялся вить гнездо. Донышко гнезда свил, а как дальше делать, и не знает.
Тогда голубь снова полетел к дрозду и стал упрашивать, чтобы дрозд еще раз показал, как надо строить гнездо.
Но дрозд ответил:
– Ты уже хвалился, что умеешь строить, вот и сумей без меня довести работу до конца.
Так гнездо у голубя до сих пор и стоит недостроенное. Однако голубь нет-нет да и похвастается:
– Умею! Умею!
А на самом-то деле и не умеет!

В стародавние времена жил на свете жадный и жестокий падишах. Не было у него детей. И вот однажды ночью приснилось падишаху, что он разговаривает с дервишем.
– Слушай, падишах, вижу, печалишься из-за того, что нет у тебя детей. Но знай, рад не будешь, если появится у тебя наследник, – сказал ему дервиш.
– Отчего это рад не буду? – спрашивает падишах.
– Что посеешь, то и пожнешь. Ты мучил подданных, а тебя сын замучит.
Прошло девять месяцев и девять дней после этого сновидения, и жена родила падишаху сына. Мальчик родился по пояс змеей, а выше пояса – человеком. Очень расстроился падишах, узнав об этом. Известно, что ребенок растет из месяца в месяц, из года в год. А сын падишаха рос прямо на глазах, за год-два он стал с восемнадцатилетнего юношу. Однажды сын преградил отцу дорогу и говорит:
– Отец, возьми мне в жены царевну из Рума. Хочу жениться.
– Несчастный, кто за тебя дочь отдаст?

Однажды ишак зашел в сад. Смотрит: на деревьях яблоки висят, а рядом на бахче на тонких плетях тыквы зреют.
Ишак еще раз взглянул сначала на яблоки, затем на тыквы и с досады даже ушами повел:
– Как, – говорит он, – все на белом свете неразумно устроено!
На дереве сидел воробей. Он спросил:
– А скажите, почтенный, какой же все-таки недостаток вы видите в устройстве мира?
– Да разве ты сам не замечаешь? – ответил ему ишак и кивнул сначала на яблоки, а потом на тыквы. – Вот, смотри: на таком высоком дереве висят сладкие плоды величиной с детский кулак, а вон безвкусные тыквы величиной с мою голову лежат на земле и держатся на какой-то тоненький плеточке.
– В этом-то вся и мудрость, – возразил ему воробей. – Какая тут мудрость?! – вскричал ишак. – Вотесли бы яблоко было с тыкву, а тыква с яблоко, тогда было бы разумно!
Ишак почесался боком о яблоню, сверху сорвалось яблоко и стукнуло его по голове.

Ехал один купец с караваном и хвастался своим спутникам:
– Конечно, Алдар Куса может всех обмануть, но только не меня. Алдар Куса умеет обманывать только глупцов.
Вдруг смотрит, а навстречу идет по дороге Алдар Куса.
– Здравствуйте, – говорит Алдар Куса, – доброго пути вам желаю.
А купец еще больше расхвастался:
– Эй, Алдар Куса! – кричит. – Если ты обманщик, обмани меня. Попробуй. Только ничего у тебя не выйдет. Не на таковского напал.
Поклонился вежливо купцу Алдар Куса. – Ах, жаль, уважаемый купец. Мой мешок-обманщик . остался дома. Дайте, пожалуйста, мне вашу лошадку, я быстро обернусь и привезу мешок. И тогда вы убедитесь, обману я вас или нет?
– Хорошо, привези! – согласился купец и дал Алдар Кусе лошадь. .
Алдар Куса уехал.
Больше его купец и не видел.

Давным-давно, никто не знает когда, жил-был в Маргелане шах. У него было три сына и одна дочь. Ни у кого не было таких пышных и густых волос, как у царевны. Заплетала она их во много-много косичек, вот почему и прозвали ее ласково Хазор-гейсу – царевна Тысяча косичек.
Шах очень любил свою дочь, а на сыновей не обращал никакого внимания. Не понравилось это принцам, увезли они однажды тайно свою сестру и продали ее в горах одному мулле за пятнадцать рублей.
Девочка быстро подрастала, она научилась ездить верхом, стрелять из лука, владеть саблей.
Скоро Хазор-гейсу стала очень красива. Откроет гла-за и в темной комнате становится светло. А юноши от ее взгляда не могли устоять на ногах.
Слава о красоте Хазор-гейсу дошла до кашгарского султана.
– Такой красавицы не хватает в моем гареме, – сказал он и погладил свою седую бороду.
Не долго думая, приказал нагрузить двадцать верблюдов золотом и послал своего первого визиря в горы купить девушку.

Рассказывают, что в далекие времена страной герат-ской и самаркандской правил шах Хусейн Байкара, а первым визирем его был Алишер Навои – поэт и мудрец.
Рассказывают также, что шаха и визиря с юных лет связывали узы товарищества и дружбы. Хусейн не мог и дня прожить, не повидав и не поговорив с Алишером. Ни одно государственное дело не решалось у подножья трона без мудрого совета Алишера.
Однажды, когда шах соизволил отбыть на охоту, Алишер уклонился от чести сопровождать его и, сев на коня, в одиночестве направился в один из отдаленных кварталов города. Были две причины столь непонятного уединения могущественного визиря: мудрый Алишегс не любил жестокого и кровавого развлечения, каким является охота, с другой стороны, его влекла красота глаз одной неведомой красавицы. Вот уже сорок дней назад любовь поразила своим копьем сердце визиря.

Было это или не было – жил когда-то в Хорезме знаменитый рассказчик Сейфутдин, по прозвищу Красноречивый. Слава о нём, подобно многоводной реке, текла из одной страны в другую, и многие люди приезжали в Хорезм издалека, чтобы насладиться мёдом его беседы и напиться из источника его красноречия.
И вот об этом рассказчике услыхал один богатый бухарский купец. Он ни в чём не привык себе отказывать и, конечно, захотел послушать знаменитого Сейфутдина, но не мог бросить свою торговлю и сам отправиться в далекий Хорезм. Тогда купец решил пригласить к себе этого славного мастера красноречия. Он положил на серебряный поднос богатые подарки и кошелёк с деньгами, пошёл в караван-сарай и поклонился старому караван – баши, отравлявшемуся с верблюдами в Хорезм. Купец сказал:
– Если ты привезёшь ко мне Сейфутдина Красноречивого, эти подарки и кошелёк станут твоими.

Прокралась Лиса в дехкансиий двор, видит на столбе веранды высоко на гвозде висит большущий кусок сырого мяса.
– Страх, как я проголодалась, – сказала Лиса, – если я съем мясо, буду сыта по горло!
Раз подпрыгнула-не достала, два подпрыгнула – не достала, три подпрыгнула.. И все впустую.
Отступила Лиса назад на шаг, разбежалась, подпрыгнула и... не достала. Отступила на два шага, разбежалась, прыгнула – не вышло, разбежалась на три, десять, двадцать, тридцать шагов – не вышло.
Прыгала Лиса, прыгала, уморилась, но так мяса и не достала.
Разозлилась она, покрутила носом и сказала:
– Фу, воняет!
И побежала дальше.

Однажды большущий Петух пришел к Слону и громко закричал:
– Ку-ка-ре-ку! Слон удивился:
– С чего это ты раскукарекался.
А Петух разгребает лапами сор, клюет зерна и нет-нет да снова закричит.
– Кука-ре-ку!
Смотрел, смотрел Слон на Петуха и спрашивает:
– Кто больше ест, ты или я?
– Я съем больше! – храбро ответил Петух. Начали они спорить. Спорили, спорили и давай есть. Слон ел-ел, наелся и заснул.
Проснулся, видит – Петух все еще клюет зерно. Слон опять принялся за еду. Ел-ел – снова заснул.
Проснулся Слон, видит близится вечер, а Петух все продолжает без устали клевать зерно-Быстро-быстро поклюет и снова:
– Ку-ка-ре-ку!
«Какой же он жадный! – удивился Слон. – Я еще не видел такое ненасытное животное».
А Петух заважничал, что победил в споре.

У подножья Нуратинских гор, в городе, название которого не сохранилось в памяти потомства, в квартале кузнецов жил давным-давно мастер-кузнец. Много времени прошло с той поры, память у людей коротка, как волос на бритой голове, и дырява, как халат на плечах бухарского нищего, и сейчас невозможно даже припомнить, как звали того бедного, но весьма достойного человека.
Был год великой засухи. Обычно полноводная в летнюю пору река иссякла. Арыки высохли. Деревья потеря. ли листья. Жестокое дыхание пустыни уничтожило урожай того года. Надвигался голод.
Но никакие, даже самые сильные горячие ветры не вредили садам беков и ханов, никакая засуха не трогала их обремененные плодами деревья и виноградные лозы. Ибо не иссякали источники, вытекающие из подножья гор, ни зимой, ни летом, ни в другое время года. Те сады и те источники были во владении самых богатых, самых жадных, самых могущественных людей города.

Жил когда-то Ходжа по прозвищу Лентяй. Ходжа-Лентяй был так ленив, что даже и шага никогда не делал во двор из своей комнаты. Если муха садилась ему на нос, он и рукой не хотел шевельнуть, чтобы согнать ее.
Очень Ходжа-Лентяй огорчался, когда наступало утро, потому .что надо было вставать, умываться.
Дальше-больше Ходжа-Лентяй перестал умываться. Наконец, он так обленился, что не вставал с постели.
Только ел Ходжа-Лентяй и быстро и плотно.
Поест и опять спит.
В один из дней загорелся дом, в котором жил Ходжа-Лентяй. Схватив ведра, народ сбежался тушить пожар.
Заглянули в дом, смотрят а Ходжа-Лентяй лежит себе, как ни в чем не бывало.
– Беги! Сгоришь! – кричит ему народ. Ходжа-Лентяй продолжал спокойно лежать.
– Эй, тебе говорим, беги, сгоришь! – крикнули все разом.
Ходжа-Лентяй так и не шевельнулся. Ему было лень двинуться с места.

Пошел однажды Алдар Куса на охоту.
Ходил он, ходил, бродил он, бродил, обошел и степь, и тугаи, и камыши, устал, умаялся, но ничего так подстрелить и не смог.
Только хотел он пойти домой, вдруг смотрит – летят гуси. Не стал мешкать Алдар Куса, прицелился из лука и пустил стрелу.
Меткий был стрелок Алдар и большой жирный гусь, сраженный стрелой, камнем упал вниз.
Обрадовался Алдар Куса:
"Ну, – думает, – будет у меня дома кабоб из гусятины на ужин!" Но не тут-то было! Только Алдар Куса поднял подстреленного гуся, откуда ни возьмись явился толстый бай в большой чалме и говорит:
– Эй ты, на каком основании хочешь взять гуся?
– О господин бай, – возразил Алдар Куса, – с вашего позволения это мой гусь. Я его застрелил.
– Убирайся отсюда! – кричит бай, – не видишь разве, что гусь упал на мою землю. А все, что на моей земле, – мое!
Стали тогда они спорить. Спорили, спорили, вдруг подходит мулла, настоятель мечети, и говорит:

Жил-был царь-самодур, а у него росла единственная дочь – красавица.
Долго думал царь, за кого бы выдать ему дочку замуж и придумал хитрую загадку.
Раскормил он блоху до того, что стала она ростом с верблюда.
Приказал царь зарезать блоху, снять с нее шкуру и послал во все стороны глашатаев.
Глашатаи кричали:
– У кого есть уши, пусть слушает! Кто узнает, чья лежит во дворце шкура, за того царь выдаст свою дочь.
Со всего царства собирались во дворец люди посмотреть, что это за шкура. Каждому хотелось отгадать загадку и взять себе в жены красавицу-царевну.
Но никто не мог узнать, чья это шкура.
А царь-самодур сидел на троне, хихикал и потирал руки.
Каждому, кто ошибался, давали по десять палок по спине и выгоняли из дворца.
Во дворце жил болтливый прислужник. Знал он тайну царя, но боялся проболтаться.
Смотрел прислужник, смотрел, как колотят неудачливых женихов палками, подошел к колодцу " шепнул:

Было ли то или не было, кто знает? Но, говорят, в старые времена городом Бустонабад правил хан Кагар.
Отправился однажды хан Кагар охотиться. Подъехал юн к берегу реки Сыр-Дарьи попоить коня и вдруг видит на склонившейся над водой камышинке из изумрудов сидкт подобная серебристому полумесяцу красавица и полощет длинные, похожие на сияние солнечных лучей волосы.
Хлестнул нагайкой своего коня хан Кагар, конь рва. нулся вперед. Потянул руки хан, чтобы схватить красавицу, но она скользнула по камышинке и без всплеска исчезла в глуби вод.
Метался по берегу хан Кагар взад и вперед, скакал то в одну, то в другую сторону, но больше девушку он не увидел.
Забыть неведомую красавицу хан Кагар так и не смог, и воспоминание о ней жгло его душу точно огнем.

Волк и Лиса подружились. Волк и говорит Лисе:
– Я голоден, у меня совсем брюхо подвело. Накорми меня досыта, порадуй душенька-Лиса!
– Ладно, – отвечает Лиса. – Пошли!
Лиса впереди, следом за ней Волк – так они вдвоеми шли.
Повстречали они женщин, шедших на свадьбу. На головах они несли, по обычаю, узлы с угощением.
– Готовимся! – говорит Лиса. Перекувыркнулась она и, обернувшись перепелкой,заковыляла вприпрыжку по дороге впереди женщин.
Одна из женщин крикнула: «Смотрите перепелка!» и, положив поспешно узел на землю, кинулась ловить птичку.
Глядя на нее, вслед побежала вторая женщина ловить перепелку, за ней третья, четвертая и все остальные.
Только женщины начнут догонять перепелку, а она прибавляет шаг. Только опять женщины вот-вот поймают ее, а она то вправо, то влево.
Совсем замучились женщины. Никак перепелка не дается им в руки.

В старые времена жил один виноградарь. Он был сильно опечален тем, что у него не было детей.
А на горе жила Алмауз-кампыр, старая-престарая колдунья. Голова у нее была с большую киргизскую юрту, рот-величиной с дверь.
Служили колдунье сорок дивов, и никто не мог их одолеть.
На обед Алмауз-кампыр съедала целого верблюда, на ужин семь баранов. Пищу ока себе готовила в котле, который не могли поднять и сорок человек. Особенно Алмауз-кампыр любила человечье мясо и часто ходила по селам и городам и воровала малых детей.
Пришла как-то Алмауз-кампыр в кишлак, где жил виноградарь, и стала просить милостыню. Услышал виноградарь ее голос и вышел к воротам.
– Эй, человек, – сказала Алмауз-кампыр, – скажи чего ты хочешь, – я все могу.
– У меня все есть, – сказал виноградарь, – только нет у меня сына. Некому будет сложить мои кости в могилу, когда я умру.
Тогда Алмауз-кампыр вынула из сумы яблоко и сказала:

Рассказывают, что в старые времена злые духи-дивы часто прилетали из пустыни в бухарские селения, поедали скот, похищали людей. Не стало у людей больше сил терпеть. Пошли они к Алдару Кусе и сказали ему:
– Эй, друг! Всем известна твоя храбрость. Освободи нас от ига дивов! Нет нам жизни от них.
– Хорошо, я накажу дивов, – с важностью ответил Алдар Куса и завязал потуже свой поясной платок.
Но надо прямо сказать, что при слове «дивы», Алдар Куса вздропнул и тихонько посмотрел во все стороны, потому что на самом деле он вовсе не отличался смелостью.
На другой день Алдар Куса решил проведать свою замужнюю сестру. Взял он крынку кислого молока и пошел через горы. На дороге Алдар Куса увидел в пыли веревку.
«Дай-ка я тебя прихвачу, пригодишься в дороге», – подумал он.
Взял веревку и пошел дальше.
Смотрит в верблюжьей колючке лежит яйцо какой-то птицы.
«Пригодится», – сказал себе Алдар Куса. Прихватил яйцо и зашагал дальше.

Возвращаясь поздно ночью от больного, Насреддин Апанди увидел на улице лежащего без движения человека.
Подошел Апанди, посветил фонарем и видит: лежит в пыли и грязи верховный казий Бухары, совершенно пьяный.
«О, – сказал себе Апанди, – за одну пиалу вина ты, господин верховный казий, приговариваешь несчастного к наказанию по сорок палок. Интересно, сколько ты выпил пиал, если валяешься здесь, как свинья, потеряв человеческий облик».
Пинком ноги Апанди перевернул безжизненное тело, снял с верховного казия шитый золотом халат и чалму и отправился домой.
Верховный казий был настолько пьян, что только на рассвете очнулся. С трудом он поднялся и, крадучись, пробрался в свой дом.
Здесь только верховный казий осмотрелся и увидел, что раздет, а его дорогой золотошвейный халат и чалма индийской кисеи исчезли.

Жил один зайчонок, звали его Упрямец. Он никогда никого не слушался, все делал по-своему. И вот что из этого вышло.
Упрямец любил кататься верхом, и заяц-отец купил ему смирную ишачиху с маленьким ишачонком. Сел Упрямец на свою ишачиху и отправился в гости к тетке. А для того, чтобы попасть к ней, нужно было проезжать через Колючие Заросли.
По дороге встретил Упрямец братьев-зайчат. Они закричали:
– Вернись, Упрямец! Колючие Заросли – опасное место. Нельзя туда ездить одному.
А Упрямец в ответ только лапкой махнул и поехал дальше.
Разве такого переубедишь!
Едет он себе, знать ничего не хочет, ишачиху легонько палочкой погоняет. Маленький ишачонок сзади бежит, ножками выбрыкивает, колокольчиком позванивает.
А в Колючих Зарослях жили лис-отец, лиса-мать и маленький лисенок.
Услыхал лисенок – колокольчик где-то звенит. Наво-. стрил уши, послушал, послушал и говорит:

В далекие времена, когда визирем был когтистый тигр, а ясаулом зубастый волк, однажды в суровую зиму на улицах Бухары затрубили трубы, забили барабаны.
Глашатаи кричали:
– Имеющие уши да не говорят, что не слышали. Великий падишах объявляет: кто из подданных голый проведет на крыше дворца сегодняшнюю ночь, того падишах сделает своим зятем и отдаст ему половину благословенного царства.
Услышал призыв глашатаев Насреддин Апанди и подумал:
«Живу я голодно и холодно. Пойду я на крышу падишахского дворца, проведу – ночь на морозе. Или найду смерть от холода, или добуду свое счастье».
Апанди пошел во дворец.
– О обладатель могущества, я согласен голый ночевать на крыше дворца.
Увидев Апанди, обрадовался падишах. Было ему скучно и хотел он развлечься и повеселиться.
– Эй, слуги, – закричал падишах, – вот нашелся глупец из глупцов, разденьте его и отведите наверх, на крышу, пусть проберет его мороз до костей.

В давние времена Бухарой правил один жестокий шах. А у шаха была дочь. Девушку звали Мехри, что значит «отзывчивая», а прозвали ее «Нигяр» – красавица. И в самом деле она была такая красивая, что перед сиянием ее лица тускнел свет луны.
И насколько Мехри-Нигяр была красивая, настолько же была она сильная и смелая. Не по душе ей было сидеть в шахских хоромах, – одевалась она часто добрым молодцем и скакала верхом на "дгневом коне на охоту. Однажды Мехри-Нигяр с восьмьюстами удалых молодцов-джигитов отправилась в степь.
Джигиты ее все были такие мастера арканы закидывать, что, вздумай кто-нибудь из них звезду поймать, нацелится, кинет свой аркан – и захлестнет ту звезду без промаха. Да и сама Мехри-Нигяр – метнет стрелу, в любую цель попадет, будь она хоть под небеса подве-шена.
Долго ли, коротко ли охотилась Мехри-Нигяр, только в один из дней оказалась она вблизи высоких гор.