Сказки

Когда-то давным-давно жили в одной деревне муж и жена – Ко Че и Ма Ей. Жили они в ладу и согласии, никогда не ссорились, и жители деревни, поучая молодежь, всегда ставили им в пример эту супружескую пару:
– Посмотрите, как живут Ко Че и Ма Ей, – говорили они. – Никогда не ссорятся, во всем уступают друг другу. В доме у них тишина и спокойствие – и самим приятно, и перед соседями не совестно!
Вся деревня не уставала восхищаться примерными супругами.
Однажды Ко Че и Ма Ей, сидя за чаем и болтая о том о сем, вдруг вспомнили одну старую народную примету.
– Ма Ей, – обратился Ко Че к жене. – Кажется, в прежние времена считали, что рассвет наступает только тогда, когда закукарекает петух, а если первой закудахчет курица – рассвет не наступит. Ведь верно я говорю?
– Все-то ты перепутал! – рассердилась Ма Ей. – Раньше говорили: рассвет не наступит, если первым закукарекает петух. А когда первой закудахчет курица, рассвет обязательно наступит.

Жил да был на свете человек по имени Маун Со. Среди земляков слыл он простодушным, но горячим малым. В действительности же он был нечист на руку. Однако, когда в деревне случалась какая-нибудь кража, никому в голову не приходило заподозрить Мауна Со.
В той же деревне жил богач по имени У Лу Ва. Был он и жаден и труслив да к тому же любил прихвастнуть.
Однажды темной ночью забрался Маун Со в дом богача. Услышав какой-то шум, хозяин вскочил с постели, схватил хранившийся под кроватью дротик и метнул его туда, где, по его предположению, притаился вор. Дротик скользнул под мышкой Маун Со и со свистом вонзился в дверной косяк. Маун Со бросился наутек.
Уже на следующее утро вся округа знала, что к богачу залезли воры.
Жители деревни собрались в доме старосты. Туда же пришел У Лу Ва, чтобы рассказать, как было дело. Присутствовал там и Маун Со.
Верный себе, У Лу Ва стал бахвалиться:

Давным-давно в старом дремучем лесу жил охотник. Жил он совсем одиноко, не было у него никого, кроме собаки, которую он брал с собой на охоту, да кошки, которая стерегла его дом. В диком уединении он научился понимать язык зверей и однажды совершенно случайно услышал разговор кошки с собакой.
– Мой дорогой друг, – обратилась собака к кошке. – Ты живешь, как в раю. Тебя отменно кормят, в то время как мне достаются только кости. Да и работа твоя не бог весть какая. Ты целый день сидишь дома и погулять можешь и поспать всласть! Вот бы мне такую жизнь! А то днем я мотаюсь по лесу с хозяином, а ночью должна сторожить от воров сад! Да и в лес я тоже не гулять хожу – мне приходится гоняться за дичью. Ну а если хозяин в дурном расположении духа, то и поколотить может. Как бы мне хотелось побыть в твоей шкуре! Как хорошо было бы хоть немного пожить спокойно! Можешь ты мне дать какой-нибудь дельный совет?

Жили-были двоюродные братья, Буйвол и Бык. Они очень любили друг друга. У Буйвола было два ряда великолепных зубов, а у Быка только один ряд, нижний. Обыкновенно, закончив трапезу, старый добряк Буйвол одалживал свои верхние зубы Быку.
Как-то вечером неподалеку от того места, где жили Буйвол и Бык, давала представление Лошадь, слывшая замечательной плясуньей и шутницей. К тому же Лошадь еще умела и превосходно петь. Она совершала поездки по всей округе, выступая с танцами, пением и шутками. И всюду ее ждал успех.
Буйвол был равнодушен к такого рода развлечениям. Больше всего он любил стоять по шею в воде. Это он предпочитал любым танцам и шуткам. А Быку очень хотелось посмотреть на Лошадь. Он ведь был еще молод. На подобные представления все приходили в полном блеске, потому и Бык решил заявиться с обоими рядами зубов, чтобы, когда он будет смеяться какой-нибудь шутке Лошади, все звери видели, что у него два ряда восхитительных зубов.

Жила когда-то в одной деревеньке на самом краю света бедная семья. И было в этой семье двое детей: девочка лет пятнадцати да мальчик лет десяти. Отец их уходил на заработки и дома почти не бывал. С детьми оставалась мать. Она и хлопотала по хозяйству. И хотя семья была бедная, жили они счастливо и дружно, во всем помогая друг другу.
Но вот неожиданно обрушилось на них горе – умерла мать. А вскоре отец снова женился.
– Надо же кому-нибудь присматривать за детьми, – говорил он соседям.
Так в доме появилась мачеха. Детям очень хотелось, чтобы она походила нравом на их покойную матушку! Но не тут-то было. Как ни старались, никак не могли угодить ей сироты. Пуще всего лютовала мачеха, когда отец уходил на заработки, – она заставляла несчастных детей работать от зари до зари и при этом еще колотила их да ругала на чем свет стоит. Наберет, бывало, мачеха целый ворох грязного белья и заставляет мальчика стирать. А как возвратится отец, она ему еще и жалуется:

В некое королевство, где правил щедрый и умный король, приехали артисты. Король радушно встретил гостей и даже устроил в их честь праздник. А из рассказов хозяина труппы король узнал, что среди артистов есть очень искусный резчик по дереву, который желает состязаться в мастерстве с бирманским народным умельцем. Но при этом он ставит такое условие: тот, кто потерпит поражение, должен заплатить десять висов (Вис - мера веса, равная 1600 граммам.) золота. Король подумал-подумал и согласился.
А кроме того, обещал подарить победителю огромный рубин.
Однако, когда пари было заключено, оказалось, что состязаться-то некому: король не знал ни одного искусного резчика!
Призвал тогда король своих министров и сказал:

Жил в одной деревне дедушка То Ча, который больше всего на свете любил повеселиться. Односельчане приглашали его на все торжества, кроме свадеб. А это потому, что на свадьбах принято говорить только приятные вещи, а То Ча любил упоминать о дурных предзнаменованиях и рассказывать всякие грустные истории.
Однажды жених и невеста – Маун Тху и Ми Пху – решили позвать То Ча на свою свадьбу. Ему поручили поздравить молодых от лица стариков.
Когда подоспела его очередь, То Ча сказал:
– Хм, хм... Мне велели говорить сегодня только хорошие вещи. Именно так я и поступлю. И если в будущем Маун Тху и Ми Пху разойдутся, им не в чем будет меня упрекнуть – я ни одного дурного слова не скажу.

Вскоре после сотворения мира король натов Ингаунуамаган построил на вершине самой высокой горы крайнего севера Мащайнщингарабун великолепный дворец и, поселившись там, стал тщательно следить за порядком на земле.
Много-много лет жил он тихо, одиноко, но внезапно им овладела такая безысходная тоска, что он решил немедля жениться.
Однажды Ингаунуамаган из окна своего дворца любовался прекрасными видами Бирмы и, взглянув на реку Ирравади, обнаружил в ее водах нечто ослепительно сверкающее. Однако разглядеть, что это такое, король не смог и, обуреваемый любопытством, направил туда орла. Орел мгновенно бросился выполнять приказание своего повелителя, а возвратившись, доложил, что сверкающий в водах реки Ирравади предмет – не что иное, как красивая и резвая крокодилица Паран. Король натов повелел незамедлительно доставить ее во дворец.

Жил некогда в одной деревне очень богатый человек. Он был трудолюбив и усерден и приумножил свое скромное состояние, занимаясь разведением и продажей домашней скотины и птицы. Со временем он женился на миловидной девушке, и вскоре у них родился сын. Когда мальчику минуло тринадцать лет, мать умерла, и он стал помогать отцу по хозяйству. Слава об их несметном богатстве облетела всю округу и достигла слуха короля.
А был тот король алчен и коварен. Долго он думал, как ему завладеть чужим богатством, и решил, что самое разумное – богача отца извести, а его малолетнего сына прибрать к рукам.
Замыслив недоброе, король послал своего министра к богачу с приказом, в котором говорилось, что, дескать, он, король, тоже увлекается разведением птицы и просит незамедлительно доставить во дворец три яйца петуха. Сроку на выполнение приказа король отпустил семь дней, а за невыполнение грозил смертной казнью.

Жил некогда в одной деревне лентяй по имени Ба-ду. Этим своим пороком он отличался с самого раннего детства. Однако Баду был не простым лентяем, а особенным, он никогда не отказывался исполнить то, что ему поручали, но, отправившись туда, где его ждала работа, ничего не делал – просто валял дурака.
Баду был у родителей единственным сыном, и они очень его баловали. Они, конечно, сожалели, что сын ленив, но тем не менее потворствовали всем его жела. – ниям. Между тем Баду достиг совершеннолетия, и родители, опасаясь, что после их смерти ему придется трудно, женили его на доброй и трудолюбивой девушке.
Когда родители Баду скончались, он унаследовал все их богатство, но не заботился о том, чтобы его приумножить. Напротив, он думал лишь о собственных удовольствиях и в скором времени промотал все наследство.

Жили когда-то давным-давно в одной деревне муж и жена с единственным сыном. Семья была зажиточной, поэтому родители с самого раннего детства страшно баловали сына, и рос он бездельником и лентяем. В деревне все называли его не иначе, как Маун Пьин, что означает «лентяй».
Весь день слонялся Маун Пьин без дела. Даже по хозяйству отказывался помогать. А когда вырос, стал без зазрения совести проматывать состояние, нажитое трудами родителей. Родители и так и этак пытались его урезонить, предлагали ему заняться каким-нибудь полезным делом. Но Маун Пьин под тем или иным предлогом отлынивал от работы. Так он и жил, проводя большую часть времени в праздности и безделье.
Время шло – родители старились. Мысли о бездельнике-сыне все чаще и чаще не давали им покоя. Когда отец почувствовал, что час его близок, он позвал жену.

В одной деревне поженились вдова и вдовец. Женщина была и ладная и пригожая, да только готовила она из рук вон плохо. Как заладит одно и то же: с утра готовит нгапи, вечером нгапи – только это блюдо и знала.
Не вытерпел муж и стал ее бранить.
– Свою первую жену ты, наверное, любил. А меня вечно ругаешь, – закричала женщина.
– А ты чего ревешь, словно я тебя поколотил? Прежде ты говорила, что я на свете самый хороший!
– Как же мне не плакать? Ведь от слез красота прибавляется.
– Ах, вот как! Значит, если я помру, ты будешь реветь только для того, чтобы стать красивее?!
Рассердился муж и пошел в дом старосты разводиться.

Жили некогда на свете богатые муж и жена, и был у них один-единственный сын. Был он с самого детства большим озорником, и любящие родители ласково называли его Тей Наун, что означает «Глупыш».
Шли годы. С возрастом Тей Наун не остепенился, и имя это осталось за ним навечно.
И когда в деревне что-нибудь случалось, все знали, что тут не обошлось без участия Тей Науна: он был зачинщиком всех скандалов.
Родители вконец с ним измучились. Ведь, помимо всего прочего, еще приходилось и возмещать пострадавшим причиненный им ущерб. Но больше всего родителей беспокоило будущее Тей Науна. Что станется е их сыном, когда они умрут и он окажется совсем одиноким. И чтобы заставить Тей Науна образумиться, родители решили его женить.
Подыскали они ему славную невесту, а вскоре после свадьбы и умерли.

Жил в одной деревне лекарь по имени Пау-ту.
Позвали его как-то к больному. Пришел лекарь, осмотрел больного и прописал лекарство:
– Тут, – говорит, – одна часть горького и десять частей меда – принимай аккуратно, и ты непременно поправишься.
Больной испугался, что лекарство горькое, и отказался его пить. Тогда лекарь решил показать пример:
– Вот как надо, вот как надо, – приговаривал он и незаметно выпил целую бутылку.
Вскоре лекарю стало плохо – все внутри горело. Он с трудом поднялся со стула и отправился домой. Больной шел за ним следом. Каково же было удивление больного, когда в той самой луже, где спасались от жары буйволы, он увидел лекаря.
Лекарь же, завидев больного, стал тыкать себе в грудь пальцем, приговаривая:
– Теперь будет два покойника.

Случилось это в пору, когда тигров на земле было видимо-невидимо. Жили в одной деревушке у подножия крутой горы две сестры, и был у них небольшой клочок земли. Выращивали они на нем рис, тем и кормились.
– Сестрица, – сказала однажды старшая сестра. – Трудно нам одним управляться со своим полем, не женская это работа. Хорошо бы сыскался нам друг милый – помощник добрый.
Услышал эти слова Тигр-оборотень, притаившийся в кустах. Принял он человеческий облик и покинул свое убежище.
– О чем вы сокрушаетесь, красавицы? – спросил он.
Смутились девушки.
– Да ни о чем не сокрушаемся, – решилась наконец соврать старшая.
– Зачем таитесь? Я слышал, вам нужен помощник, – сказал Тигр. – Вот я и пришел. Скажите только, чем я могу вам помочь, и я охотно все сделаю.
– Мы беспокоимся, что нас скоро одолеют сорняки, – ответила старшая.

Приближалось время традиционного деревенского праздника в той местности, где жил Ко Пвей Ли. Каждая семья принимала посильное участие в подготовке к этому долгожданному дню. Одни стряпали всевозможные угощения, другие придумывали занимательную программу праздничного представления. Словом, все были заняты по горло.
Один Ко Пвей Ли слонялся без дела. А поскольку он слыл мастером на всякие выдумки, устроители праздника обратились к нему с просьбой придумать какой-нибудь сюрприз. Ко Пвей Ли охотно согласился на их предложение и обещал изготовить огромную хлопушку, которая должна будет возвестить о начале торжества.
Несмотря на все усилия сохранить эту затею в тайне, весть о хлопушке мгновенно разнеслась по деревне и заинтересовала ее жителей.
И вот настал долгожданный день. Когда Ко Пвей Ли, водрузив огромную хлопушку на телегу, доставил ее к месту торжества, где уже собрались все жители деревни, воцарилась мертвая тишина.

Жила в одной деревне красавица. Пришло время, и родители отдали ее замуж.
Да не судьба ей была жить с мужем. Заболел он тяжкой болезнью и скончался. Горько печалилась молодая вдова. Чуть свет уходила она на кладбище, поливала могильный холм слезами да обмахивала веером. Узнали про это ее родители.
– Милая наша доченька! – стали утешать они молодую вдову. – Что же ты так убиваешься! Умершего назад не вернешь! Ты молода и хороша собой. Время исцелит твою рану!
– Вот и мой муж говорил, мол, красива я. «После моей смерти, говорил, нового мужа тебе будет сыскать не трудно. Наверняка отбоя от женихов не будет. Не твоя вина, что так случилось. Заместо дерева упавшего надо другое посадить. Ты выходи замуж, только подожди хотя бы, пока высохнет могильный холм!» Вот я и размахиваю веером, а плачу потому, что уж больно медленно он сохнет.

Отправился однажды монах за подаянием в соседнюю деревню. Шел он, шел и вдруг видит – кукурузное поле. Дай, думает, нарву кукурузы. Сорвал монах початок, а он, оказывается, пустой, нет в нем ни единого зернышка. Сорвал другой, смотрит, и он пустой.
Рассердился монах и принялся на все лады поносить кукурузное поле.
А кукурузное поле ему в ответ:
– Прежде чем поносить меня, взглянул бы ты, монах, на землю. Видишь, она совсем высохла.
Взглянул монах на землю, и правда – она вся растрескалась от засухи. Тогда стал монах ругать землю, а она ему в ответ:
– Прежде чем ругать меня, взглянул бы ты, монах, на небо. Видишь, как немилосердно палит солнце.
Разозлился монах пуще прежнего и обрушился с бранью на солнце.
– Ну при чем здесь я? – возмутилось солнце. – Спроси-ка лучше у дождя, почему он не хочет напоить землю влагой.
Теперь стал монах ругать дождь, а тот ему так ответил:

Жили в одной деревне сборщик пальмового сока с женой, Когда сборщик сока, охмелев, возвращался домой, он всякий раз ни за что ни про что колотил жену.
Сердобольные односельчане жалели жену и осуждали ее мужа. А когда муж умер, радовались ее избавлению. Однако с наступлением вечера женщину одолевала грусть.
– Как раз в это время он меня бил, – приговаривала она сквозь слезы.
А однажды, взглянув на кокосовую пальму, и вовсе расстроилась:
– О-о! Как любил мой дорогой муж свежий сок! В эту минуту с ветки сорвался спелый плод и больно ударил ее по спине.
– Мамочка дорогая! – воскликнула она. – До чего же приятно! Этот шлепок как две капли воды похож на удар покойного.
Нгапи – национальное блюдо бирманцев, приготовляемое из рыбы, лука, пряностей.

В незапамятные времена государством Паган правил могущественный и справедливый король Дхамма. Все свои деяния он творил в строгом соответствии с законами, и слава о его справедливости достигла пределов рая, где господствовал Тиджамин. И решил Тиджамин проверить, действительно ли король Дхамма столь безупречен, не отступает ли он иной раз от истины? С этой целью Тиджамин соорудил железную ловушку, которая хватала за руку всякого лгуна и нечестивца, нарушившего закон.
А как раз в ту пору близ деревни в полуразрушенной хижине жил благочестивый старец, готовившийся к постригу в монахи и одновременно занимавшийся алхимией. Одна из мирянок постоянно носила ему подаяние и, проникшись глубоким уважением к его особе, отдала ему на хранение вис золота.
Шли за днями дни, и настало время, когда дети этой женщины потребовали раздела наследства. Отправилась она к старцу:

В далекие, далекие времена жил да был богач, и было у него два сына. Занемог вдруг богач. Позвал перед смертью он своих сыновей, разделил между ними имущество и напоследок сказал:
– Милые мои сыновья! Ешьте всегда только вкусную пищу. Никогда не ешьте того, что невкусно!
Сказав так, отец испустил дух. Младший сын, следуя завету отца, ел всегда только самые изысканные блюда и очень скоро промотал все свое состояние.
Однажды он прослышал, что старший брат его женился, и решил отправиться к нему в гости.
– Брат мой, – обратился младший к старшему, когда увидел, что тот живет в покое и достатке, – помнишь ли ты завет отца? Я неизменно следовал ему, ел только вкусную пищу и, видишь, совсем обеднел. Почему же тебе удается благоденствовать?
Отвечал ему старший брат:
– Я свято чту завет отца и ем только то, что вкусно, поэтому-то я и становлюсь день ото дня богаче.
– Чем же ты питаешься? – поинтересовался младший брат.

Когда-то давным-давно жили в одной деревне два приятеля. Средства на пропитание они добывали работой по найму. Но в пору, о которой пойдет речь, зарядили проливные дожди, и остались друзья совсем без работы, а значит, и без еды. И когда было съедено все до последней крохи, решили они разойтись в разные стороны, прихватив с собой свое единственное достояние – нож, – пусть каждый попытает счастья в отдельности.
Один из приятелей шел-шел и под вечер пришел на кладбище, Здесь среди могил он отыскал полуразрушенную беседку и стал располагаться на ночлег. Не успел он уснуть, как снова проснулся от холода. Оглядевшись по сторонам, он отодрал от потолка деревянной беседки несколько щепочек и разжег небольшой костер. Вскоре откуда ни возьмись прилетели к кострупять привидений.
– Чую человечий дух, – пробубнило одно из них.
– Один, два, три, четыре, пять, – не растерялся человек. – Со мной шестеро. Где же тут быть человеку!

Много лет тому назад жил в одном городе человек по имени Ко Пвей Ли.
Однажды он отправился на рынок и, проходя мимо чайной, неожиданно услышал свое имя. Остановился он, прислушался. Оказывается, несколько человек как раз спорили о нем, и некий продавец дров с раздражением сказал:
– Ну что вы каждый на свой лад восхваляете этого Ко Пвей Ли! Что в нем необыкновенного? Я его не видел, но если мне доведется когда-нибудь с ним повстречаться, то я непременно постараюсь хорошенько его проучить!
Ко Пвей Ли сделал вид, что это его не касается, и проследовал своей дорогой.
Между тем всем в городе было известно, что Ко Пвей Ли не терпит несправедливости, и, если он узнавал о чьем-нибудь несправедливом поступке, повинного в нем ждала суровая и неизбежная кара. И вряд ли во всем городе можно было сыскать человека, способного сравниться с ним в хитрости и находчивости.

Жила в одной деревне бедная вдова, и был у нее один-единственный сын. Был он что называется недотепой и, учась в монастырской школе, постиг только ити-пи1. Как ни бились над ним учителя, ничему больше они научить его не смогли. С тех самых пор односельчане без конца подсмеивались над недотепой. К тому же он и сам беспрестанно повторял "итипи, итипи" (Итипи – начальное слово молитвы). Так со временем за ним и установилось прозвище «Итипи».
Между тем вырос Итипи, так ничему и не научившись. И бедная мать, пытаясь приспособить своего непутевого сына к какому-нибудь делу, послала его однажды на реку удить рыбу. Сел Итипи на берегу и завел свое излюбленное «итипи».
Услышал его молитву нат – хранитель реки.
– Человек этот благоговеет перед тремя святынями. Надо помочь ему, чтобы он больше не обременял себя ловлей рыбы.